Новости

Почему китайцы с иранцами беспокоят американцев, но радуют русских

Петр АкоповПетр АкоповВсе материалы

Джо Байдена очень многое не устраивает в современном мире: например, ему не нравится сближение Пекина и Тегерана. Когда в минувшие выходные его спросили о партнерстве двух азиатских держав, президент США подчеркнул, что уже «на протяжении многих лет обеспокоен» китайско-иранским сотрудничеством. Вскоре Байдену ответил секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана Али Шамхани, написавший, что беспокойство Байдена абсолютно справедливо.

«Мир — это не только Запад. Между тем Запад состоит не только из Соединенных Штатов, которые не признают законы, и трех европейских стран, которые не выполняют своих обещаний. Байден прав, что выражает обеспокоенность. Расцвет стратегического сотрудничества на Востоке ускорит закат США. Подписание дорожной карты для стратегического партнерства между Ираном и Китаем является частью активного сопротивления».

Да, новым серьезным поводом для беспокойства американцев стало заключенное в субботу в Тегеране соглашение о политическом, стратегическом и экономическом сотрудничестве Ирана и Китая сроком на 25 лет.

Разговоры об этом документе шли уже давно: о нем договорились еще в 2016-м, во время визита в Иран Си Цзиньпина, а само соглашение было готово еще год назад. Тогда им начали пугать не только американцев и арабский мир, но и самих иранцев. Причем пугали не только оппозиционно настроенные эмигранты, в частности сын последнего шаха, но и такие самостоятельные политики, как бывший президент Ахмадинежад (хотя для него это больше элемент подготовки к предстоящим президентским выборам, на которые, впрочем, он вряд ли будет допущен).

Секретные протоколы! Китай создаст военные базы на иранской территории! Китай скупит все иранские богатства, а Иран окажется в китайской долговой яме! Иранские власти убеждали, что никаких секретных протоколов в соглашении нет, а сейчас обещают в ближайшее время опубликовать его текст. Из попавших ранее в прессу проектов соглашения видно, что оно действительно очень масштабное, но понятно, что ни о какой покупке Китаем Ирана и речи быть не может. Обе страны относятся не только к числу древнейших на земле, но и чрезвычайно высоко ценят свой суверенитет — и являются одними из немногих стран мира, которые реально им обладают. Так что, какими бы огромными ни были обещанные китайские инвестиции — а они оцениваются в 450 миллиардов долларов, — никакой продажи Ирана нет. А есть стратегический выбор его руководства — и именно это тревожит атлантические элиты.

Китай ведь не просто так строит «Один пояс, один путь» (который лишит атлантистов возможности сдерживать Поднебесную, в том числе и в ее связях с миром) — он выстраивает новую мировую архитектуру. Сначала для Азии и Евразии, а потенциально — для всего мира. Это не китайский мир вместо американского — это мир стратегических альянсов между самостоятельными центрами сил, которые сотрудничают между собой ради укрепления друг друга, что автоматически приводит к ослаблению влияния Запада в целом и США в частности, к вытеснению их из Евразии, к ликвидации мира по-американски. Конечно, далеко не все потенциальные участники «Нового шелкового пути» обладают реальным суверенитетом, но даже они хотят уменьшить свою зависимость от Вашингтона и получить реальные инвестиции для своей экономики. А уж такие самостоятельные страны, как Иран, и вовсе не имеют никаких внешних ограничений для партнерства с Китаем.

И их осознанный выбор, как и ответные устремления Китая, особенно неприятны для Вашингтона, ведь из того же Ирана американцы четыре десятилетия пытались сделать показательный пример изгоя. Бесконечные санкции, давление, угрозы войной, провокации, демонизация: после распада СССР Иран в американской пропаганде вообще превратили в исчадие ада, по сути, он занял место «врага номер один». Но ни непрекращающиеся потоки лжи, ни беспрецедентные санкции не сработали — иранцы выдержали и выстояли. Более того, они расширили свое влияние в регионе, в том числе и воспользовавшись последствиями американской агрессии. На Ближнем Востоке они стали главным противником Штатов — да и для немалой части исламского мира превратились в образец сопротивления внешнему давлению и западной агрессии. И все это в очень тяжелых внешних обстоятельствах — нелегко противостоять мировому гегемону, даже находящемуся в стадии упадка.

Понятно, что Иран все эти годы не был совсем уж одинок: рядом была и Россия, благодаря которой в 2015 году была решена проблема с иранской атомной программой (не имевшей военного характера, но использовавшейся Штатами для организации международного давления на Исламскую Республику), главным торговым партнером стал Китай. Но до начала активной конфронтации с Западом и Россия, и Китай были вынуждены сдерживать свои связи с Ираном, считаться с западными санкциями. Но теперь это время закончилось — и сближение с Тегераном ускорится.

Иран давно уже стоит в очереди в ШОС — полтора десятилетия он остается наблюдателем в этой российско-китайской организации по поддержанию безопасности в Азии. Вступление Ирана в ряды полноценных членов ШОС, по сути, и станет подтверждением его геополитической ориентации на Россию и Китай, потому что военное сотрудничество и так давно уже более чем активное. Оно касается не только поставок оружия, но и совместных действий России и Ирана на поле боя в Сирии и совместных учений ВМФ трех стран в Индийском океане.

Иран — ключевая страна для всего Большого Ближнего Востока, и при всех разжигаемых противоречиях между арабами-суннитами и персами-шиитами именно Россия и Китай заинтересованы в смягчении противостояния и примирении между Ираном и его арабскими соседями. Американцы постоянно играли на противоречиях, раздувая и используя их для укрепления своих позиций в регионе, но ни Иран не сломили, ни региону спокойствия не принесли. Напротив, уничтожив Ирак, они запустили цепную реакцию дестабилизации всего арабского мира, на фоне которой происходило усиление позиций Ирана в регионе. В наступившем десятилетии влияние Штатов на Ближнем Востоке будет падать, а Россия и Китай, наоборот, продолжат набирать очки и усиливать свои позиции в регионе, взаимодополняя друг друга.

Китай будет играть все большую роль в качестве торгового и инвестиционного партнера для региона, а Россия выступать в качестве политического гаранта (и арбитра) и военного партнера, позволяющего арабам ослабить зависимость от США. Иран, выстояв в 40-летнем противостоянии с Западом, получив китайские инвестиции и укрепив связи с Россией (в том числе и через заключение соглашения о свободной торговле с Евразийским союзом), может существенно поднять свою экономику. Из-за санкций и ограничений иранская экономика пока что недотягивает до «Большой двадцатки», но потенциал Ирана огромен и ему по праву должно принадлежать место в клубе великих держав.

России и Китаю в их работе над новым мировым порядком нужны как раз такие союзники — сильные, самостоятельные, хорошо осознающие свои исторические корни и отстаивающие свои национальные интересы державы-цивилизации. Иран (как и его соседка Турция), несомненно, относится к числу таких великих государств — соседей России и партнеров Китая.

Источник

Show More

Related Articles

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back to top button
Close
Close

Adblock Detected

Пожалуйста, выключите блокировщик рекламы, просмотр рекламы помогает сайту развиваться.